В январе 2016 года 30-летний красноярец устроился разнорабочим в фирму "СТК". Через два месяца, когда он занимался монтажом бункера сырого угля, одна из стен емкости сорвалась с крюков подъемного механизма и начала падать. Убегая от железобетонной конструкции, мужчина упал и сильно ударился головой. Пострадавшего доставили в больницу, где ему диагностировали "закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, ушибы и ссадины лица".
Период лечения в общей сложности составил полгода. Два раза мужчина лежал в больнице, амбулаторно наблюдался у врача-невролога. В его медицинских документах были жалобы на перекос лица и неполное смыкание щеки.
Работодатель усомнился в длительности лечения своего работника и во время судебного разбирательства попросил провести судебно-медицинскую экспертизу. Экспертизу провели, она подтвердила, что сотрудник получил серьезные повреждения, которые привели к посттравматической лицевой невропатии (параличу мышц лица) слева.
Согласно акту о несчастном случае, причиной инцидента стала "неудовлетворительная организация производственных работ". Работодатель допустил к спецработам неаттестованный, необученный персонал. Кроме того, при монтаже опасного объекта эксплуатировались неисправные грузозахватные приспособления.
В итоге суд возложил на компанию ответственность за причиненный разнорабочему вред. В августе 2017 года Свердловский районный суд Красноярска постановил взыскать с ООО "СТК" в пользу потерпевшего 300 тыс рублей компенсации морального вреда.
Работодатель обжаловал решение, все еще сомневаясь в диагнозе пострадавшего, и просил вызвать в суд председателя медицинской экспертной комиссии. Однако Красноярский краевой суд, рассмотрев все материалы и доводы сторон, оставил решение районного суда в силе.
